Героин хмурый Полысаево

Ставлю новую закладку, чтобы начать новый день,

Кайфую, и вокруг все blur, blur,

Рэпер наркоман, героин мой кумарит,

На улице бегаю голым в шляпе,

Спайс в моих руках - это моя курильная смесь,

Первитин, таблы - всё, что я примешь,

Мет, товар - в моих венах прямо летит,

Мир наркотиков для меня - это мой бред.

Купил героин, теперь светит новый день,

В голове гудит, будто зазвенел тамбурин,

На улице бегаю, голый в шляпе,

Люди смотрят, но меня это волнует несильно.

Я кумарю, наркотиков гоню дозы,

Забываю о проблемах, о заботах,

Танцую в ритме, словно это доза спайса,

Мир наркотиков - это для меня параило.

Таблетки первитин - в руках моих огромный кайф,

Метамфетамин - нежность, что он приносит мне,

Товар на столе, и всё, что я могу подарить,

Имхо, наркотики - школа для глупцов и ублюдков.

В этом мире я наркоман-рэпер,

Бегаю голый в шляпе, справа налево ведер,

Кайф от героина, кумарю душой и телом,

На улицах города тамбурином топчу своим стеллом.

В моих венах не текут кровь, а метамфетамин,

С этой дозой я чувствую себя на вершине,

Товар на столе, целая гора наркотиков,

Имхо, наркомания - это мой выбор и уникум.

Закладка новая, снова иду в ад,

Но меня это не пугает, а только радует.

На улице бегаю, голый кайфую,

Шляпа на голове, этим я всех удивлю.

Рэпер наркоман, это моя жизнь и реал,

На улицах города я правлю свой дил,

Кумарить души и курить спайс,

Имхо, я здесь, чтобы наркотиками слиться в единый звук.

Такова моя история - героин и шляпа,

Бегая голым по улице, в мире наркотиков я кайфую на пять с плюсом,

Спасибо первитину и метамфетамину за то, что они дарят,

Наркомания - мой товар, моя жизнь, в ней я нашел свое счастье и кайф.

В тот день я решил отыскать то, что мне так сильно не хватало - закладки. Я рылся в этом грязном районе, полном потерянных душ, искавших счастье в глубинах проклятой зависимости. И вот, наконец, мое сердце замерло - я нашел долгожданный гердос. Мой организм охватило волнение, как будто застыл дыханием перед великим событием.

Не думай, что я просто съел этот подарок судьбы. Нет, я хотел ощутить настоящий накат, размыться в себе. Мое тело уже требовало заполнить пустоту, но я решил насладиться каждым мгновением этой игры с собой.

Я нашел укромное место, где мне было удобно писать из окна желтой струей и окроплять головы прохожих. Это был мой способ выразить свою злость, свое безумие, свою бунтарскую душу в этом безразличном мире.

С каждым вздохом я погружался все глубже. Может, это был эффект димедрола, который я запил перед этим безумным испытанием. Но, честно говоря, мне было все равно – я хотел лишь ощутить прекрасное ощущение гердоса.

На улице я видел толпы людей, никогда не оглядывающихся на меня. Такие странные, замороченные существа, как будто они уже потеряли свое «я». Я мог спокойно накатиться, в то время как они идут по своим делам, не обращая внимания на окружающий мир.

Я вспомнил о том, как я попал в этот мир наркотиков. Это было давным-давно, когда я еще не был рэпером. Я был обычным парнем, который попробовал ганджу в компании друзей. И оттуда началась моя постепенная прогулка по темным улицам зависимости.

С каждым шагом я погружался все глубже в себя. Это было нечто большее, чем просто переживать накат гердоса. Меня охватывало ощущение свободы, будто я мог плыть по облакам и наблюдать за происходящим с высоты птичьего полета. Я не только покупал гердос, я сам становился главным дилером в своей жизни. Мой карман был полон мерча, который становился символом моего безумия.

Каждый раз, когда я съедал гердос, я чувствовал, что становлюсь все больше пленником зла. Мои глаза становились как у куклы, а разум медленно тонул в бездонной пропасти. Мне казалось, что я становлюсь личностью, которую дьявол создал для своих темных целей.

Все эти мысли пронизывали меня, словно хэш, который я прокуривал каждый день. Они сами накатывались на меня, словно рэп-бит, который донимал мою душу.

Наш город превратился в настоящий ад. Я видел, как каждый день новые лица погружались все глубже в этот бездонный мир наркотиков. Наши жизни переплетались, словно узел, который невозможно развязать.

И я продолжал писать из окна желтой струей, окропляя головы прохожих. Меня так подталкивала жажда безумия, которое уже не могло найти выхода, кроме как через меня.